Бастард Императора. Том 29.

Королева Саара, создание Андрея Орлова и Сергея Каспарова, вступает в двадцать девятый том своего пути, оказываясь в водоворотах политических интриг и личных сомнений. На троне, в величественном зале, она носит корону повелительницы, но бремя власти становится всё тяжелее. Её мысли вновь и вновь возвращаются к тому, кто покинул её дворец, оставляя в душе королевы неразрешённые вопросы и горечь утраты.

Когда её возлюбленный принимает предложение о служении, события разворачиваются с ошеломляющей скоростью. На выжженном плато двое лучших воинов встречаются для финального поединка, в котором на кон поставлены жизни близких людей и будущее самого героя. Асизаэль Сарнойл, одержимая красавица с яростью маниака в глазах, не намерена упускать удачу овладеть таинственным и непокорным противником.

Это столкновение выходит далеко за пределы обычного боя. С каждым движением земля взрывается под их ногами, молния разрывает воздух, а пламя переплавляет скалы в одно целое. Наблюдатели на шаттле видят невозможное – двоих воинов, способных переписывать саму географию местности взмахом клинка. Каждый удар сотрясает пространство, каждый блок гремит раскатом грома.

Герой осознаёт жестокую правду: кто-то из них не покинет это плато живым. Его путь был озарён великими победами, но теперь судьба ставит его перед выбором между собственной жизнью и жизнями тех, кто верит в него. Силы его противницы неимоверны, её магия ярче, чем когда-либо, а решимость непоколебима.

В стенах дворца Саара носит титул королевы, но подлинная мощь её лежит не в золотых украшениях трона. Она правит государством, пока её сердце разрывается от вопроса, который не даёт ей покоя: имела ли она право лишить его всего, что он завоевал собственными руками? Старейшины молчат, потому что даже они не знают ответа на этот вопрос.

Двадцать девятый том раскрывает суть войны между кровью и честью, между желанием обладать и готовностью отпустить. История о цене власти, о том, что происходит, когда герой вынужден выбирать между личным счастьем и долгом, между верностью клятве и верностью сердцу.